Tuesday, April 16, 2013

Митафизический детектив как жанр, в котором работает Пелевин

В состоянии некоей фрустрации после прочтения последнего текста Пелевина взялся перечитывать старое доброе раннее. И заглядывать вообще во все подряд предыдущее. 

Основной сюжет пелевинских текстов - не столько последовательность событий, сколько череда метафизических обнаружений. 

Наиболее значимые события в жизни пелевинского героя - именнно концептуальные перемены в видении мира, перестройка базовых ментальных картин, трансформация фундаментальной мифологии героя. Один из ближайших литературных родственников текстов Пелевина - "Футурологический конгресс" Лема. В ключевые моменты повествования герой словно говорит нечто вроде "так вот как оно все на самом деле устроено! - но "самое дело", как правило, оказывается всего лишь очередным фрактальным извивом несхватываемой рассудком суперигры.

Тексты Пелевина - своего рода метафизико-мифологический детектив, в котором события сами по себе не столь важны - их смысл в том, что они открывают двери в новую картину мира, являются ее манифестацией, предвестием и порождением одновременно. Картины мира, собственно, и являются основными героями пелевинских книг. Именно они сталкиваются, взаимодействуют и трансформируются. А потом "бездонная пучина поглощает их в один момент", потому что, согласно мысли автора, нарисованы они были на поверхности этой самой пучины вилами. Ну, или божественным трезубцем.

Sunday, April 14, 2013

Гармония и слезинка

К вопросу о ценовом эквиваленте мировой гармонии и слезинки ребенка. Большая часть XX века в России ушла на экспериментальную проверку исходного тезиса. Было поставлено несколько миллионов экспериментов. Слез - полон беломор с волгодоном. Валюта оказалась неконвертируемой, гармония находится в "Списках 1 и 2", настройщики роялей преследуются Госнаркоконтролем и Святой Инквизицией - в итоге тезис остался непроверенным.

Тенденция. Философия тайное знание. Университет - ремесленное училище

Философия снова становится эзотерической, тайной наукой. Тайной - но скорее не как жреческие учения, хранимые, словно сокровища, с вооруженной стражей и заклятьями. А как неуловимый Джо, который неуловим потому, что непонятно, кому нужен.

Достаточно очевидно, что Джо - в данном случае, сокращая до более приемлемой в современном обществе длины имя самосского создателя бренда, мы можем именовать его "Пиф" (ну, или все-таки "Фил") - так вот, этот Пиф Фил явно не особо нужен тем, в чьих руках находятся университеты. "Научное сообщество" давно с подозрением относится к своему родителю и явно ведет судебный процесс по лишению последнего родительских прав. В России, к примеру, в "профессиональных философах" продолжают видеть, как в советские времена, гебистско-номенклатурный идеологический ненаучный балласт - и бьются над исключением философии из числа обязательных дисциплин. В аспирантуре - попытки удались. Философия заменена на "историю и философию науки". В США же философия и вовсе не является обязательной университетской дисциплиной. Само же понятие "философии" в университете урезано до "аналитической" проблематики, к сущностным вопросам существования отношение имеющей весьма касательное.

Итак, философия в университете ныне - это либо "история философии", либо "служанка естественных наук". Остальное перебегает на кафедры литературоведения, культурологии и истории. "Религиозная философия" и вовсе остается за пределами университетов, выброшенная в зазор между "философией" и "теологией". Ее структурные пристанища - неформальные учебные заведения типа "института Наропы". Философией - в том смысле, как ее понимали, например, эллины эпохи Платона или русские философы Серебряного века - в университете заниматься как-то не принято. Принято заниматься даже не игрой в бисер, а поисками и шлифовкой бисеринок в архивах - или рефлексиями на тему методологии науки, пытаясь по возможности закрывать глаза на происшедшую смену парадигмы (а то выйдет скандал, обвинят в метафизическом блуде и вытолкают из академии взашей).

Университеты - место, где более "не учат главному". И, самое забавное, что об этом все, в общем-то, знают. Там дают профессию, возможность карьерного роста, более или менее интересную тусовку (которая с убыванием "главного" становится все менее интересной). И нет ничего странного, что философия возвращается в круги "свободных интеллектуалов", связанных с университетской системой "постольку-поскольку" - в круги богемы, на кухни, в узкие интернет-сообщества. В поисках философских прозрений люди не рвутся на лекции профессоров, а читают Пелевина. И дело тут, скорее, в профессорах, чем в "падении уровня масс". И это, наверное, правильно. Философия - это путь соединения с высшим началом, с благом, и ее нельзя втиснуть в рамки формальной "дисциплины", которой можно научить путем заучивания формул и запоминания текстов.

А кто не верит - пусть заглянет в книжные магазины. Варна вайшьев-торговцев, как всегда, первой ловит смены конъюнктуры. Философские трактаты на полках книготорговцев стоят рядом отнюдь не с трудами Эйнштейна и Бора (вы, кстати, видели их в магазинах?). Они стоят рядом с "эзотерической" ("теософской") и "религиозной" литературой. И скоро, может быть, граница между этими полками сотрется - точнее, перегородка поломается. И окажется преодоленным великий интеллектуальный западноевропейский раскол - разделение на "философию" и "богословие". Университеты же останутся, если не будут фундаментально реформированы, просто ремесленными училищами - или исчезнут вовсе.

Wednesday, April 10, 2013

Кто сильнее - слон или кит?

"Кто сильнее - слон или кит?" Вот таков, кажется, этический лейтмотив спора между дарвинистами и буквалистами-шестодневниками. 

Чей патрон сотворил кита - ну, и слона с бегемотом, понятное дело? Кто сделает царя и прочих боссов еще сильнее и богаче - а стало быть, какую корпорацию следует им привечать?

Сплошной культ силы, в какую сторону ни посмотришь. Свобода и любовь в этом войне ее идеологов интересуют в основном как идеологическое прикрытие. Тех же, кто ставит эти вещи в метафизический центр, пытаются отстреливать из обоих окопов - как "еретиков" и "псевдоученых". Если вообще замечают - ведь СМИ интересно в основном тупое махание кулаками и прочие силовые единоборства.

Tuesday, April 9, 2013

Чем неодарвинисты занимаются в университетах?

Неодарвинисты утверждают, что человеческий разум имеет адаптивный характер. "Ум - подлец", а если добавить еще немного классиков, также "сволочь, склочник, приспособленец и подхалим", "хам, мерзавец, сволочь, ползучий гад и сутенер притом". О, сволочь два раза выпала. Короче, приспособленец. 

Отсюда прямо следует, что адекватно работать такой разум в состоянии только тогда, когда заботится о проблемах выживания и продолжения рода. Остальное - либо невозможно по определению, либо симулятивно. Всякая там метафизика, да фундаментальные исследования, да искусство там разное. Типа, ошибка языка. Хуже, чем мыслепреступление. 

Оставим в стороне всякие тонкости - ну там, что именно симулируют эти побочные эффекты, если симулировать нечего, если ни чести, ни совести у мира нет, облака - идиоты и стесняться нечего. Возникает более конкретный вопрос - чем именно оные неодарвинисты занимаются в своих университетах? Успешно выживают и размножаются, обманывая своим интеллектуальным павлинохвостым чириканьем брутальных альфа-самцов с их отсталыми бицепсами? А если они ответят, что их действия глубоко альтруистичны, поскольку помогают выжить всему нашему виду и далее - то тогда на каких основаниях они считают истинной и базовой именно гипотезу "естественного отбора", а не "взаимной внутри- и межвидовой дружбы и взаимовыгодного партнерства"?

Tuesday, April 2, 2013

Стратегия продвижения Пелевиным философских концепций

Сначала утверждается, что человеческим языком эта проблема ни в каком разе не выразима, а умом не постижима по вполне принципиальным соображениям. А затем дается вполне определенный вербальный ответ - без единого знака вопроса. Чистый, так сказать, метафизический нарратив. Причем он, как правило, един как у положительных героев, так и у отрицательных (если о знаках вообще можно в том или ином случае вести речь). 

Создается впечатление, что все герои Пелевина учились в одной и той же школе - типа осовремененного дацана - причем картина мира не менялась принципиально в этом мире уже лет 300, а то и все 500, так что сформировалась вполне себе железобетонная парадигма, а принципиальные споры уже давным-давно утихли. У Пелевина философских споров практически и нет. Только кафедры и лекции с них.

Впрочем, приятно послушать умного человека, даже когда слушаешь одну и ту же лекцию в двадцатый раз. Антураж другой, конъюнктура изменилась - вот и новые ракурсы. Некоторые вон и в консерваторию на одну и ту же вещь по тридцать раз ходят.

Wednesday, March 27, 2013

Какая партия отвечает за погоду?

Посмотрел, какая нынче в Москве погода. Минус 14. И в связи с этим не могу, как фенолог-любитель, не заметить следующее.

Если нынешняя российская власть начинает реанимировать представления о своей природе, как власти сакральной, от высших сил установленной, то следует указать, что она совершенно не выполняет своих сакральных функций. В глазах людей сакральная власть становилась нелегитимной именно в силу происходящих при ней природных неурядиц, которые манифестировали неугодность этой власти высшим силам. Можно вспомнить того же Бориса Годунова. 

У нас уже было лето 2010, ледяной дождь, покореживший столько милых моему сердцу березок - теперь вот нескончаемая зима. И какой партии в связи с этим следует говорить спасибо? Или опять все спишут на климатическое оружие иноплеменных?

Так что - либо власть сакральная, но тогда какие-то у нее с сакральностью проблемы возникли, "царь ненастоящий". Либо извините, но соблюдайте общественный договор со всеми вытекающими последствиями. А желать быть сакрализованным, но списывать капризы природы на ее бездушный детерминированный бесцельный характер - несколько непоследовательно.

Friday, March 22, 2013

Большой Взрыв и Большой Брат: детерминизм и либеральная демократия

Насколько жестко фасон усов и сорт табака в трубке Большого Брата детерминируется ситуацией на субатомном уровне в первые миллисекунды после Большого Взрыва?

Кант вполне адекватно обосновал недоказуемость детерминизма. Однако, казалось бы, вполне либеральные респектабельные ученые продолжают с большим ожесточением впаривать эту доктрину, не имеющую к позитивной науке никакого отношения. Спинозистами себя открыто, во всяком случае, не заявляют. 

Поневоле приходит в голову мысль, что либерализм и свободолюбие таких мыслителей - просто способ расчистки площадки от конкурентных корпораций, после чего в полный рост начнется внедрение "научных моделей устройства общества" и прочей прекрасной социальной инженерии.

Не бывает так, чтобы на небе - сплошной ГУЛаг с шестеренками мирового механизма, а на земле - свобода и демократия. Ведь "свобода воли", по признанию некоторых мэтров, это всего лишь сказки для дурачков, необходимые только лишь для поддержания социального порядка. Сам мировой детерминистский принцип породил в их голове эту замечательную мысль, а как же иначе?

Связь этики и онтологии

Оторвана этика от онтологии, или нет? Коррелирует ли мой моральный выбор с устроением мира? "Речка - кретинка, облака - идиоты... весь мир такой, что стесняться нечего". Или же обратная связь - "поп плохой, значит, бога (дхармы, дао, добра, любви, правды) нет" - после чего вполне можно применить первое суждение. Что первично - онтологическая курица или этическое яйцо - не так важно. В любом случае, человек вырабатывает себе некий целостный этико-онтологический вектор. В пределах движения по этому вектору он может быть склонен оправдывать травмирующие совесть этические выборы онтологическими характеристиками так называемого "мира".

Разрыв этого порочного круга может быть произведен двумя путями. Первый - героическая этика в мире абсурда a la агностический экзистенциализм. Отсутствие надежды на "доброго", но главное, очень сильного дядю из машины - вполне сродни суфийскому "мудрый не жаждет рая и не боится ада". Впрочем, путь этот чреват тотальной депрессией, поскольку от суфизма такую доктрину отличает отсутствие мистического опыта свободы и любви в их онтологическо-этическом единстве.

Осознание этого единства - это и есть второй путь, в котором тоже нет места самооправданию, но нет места и абсурдному учению о мировом ... скажем мягко, мрачном конце.

Однако когда этику, составляющую суть мистицизма (и наоборот) начинают "оправдывать" и "доказывать" с помощью разнообразных сакральностей, говорить, о шаткости "моральных суждений, которые не подкрепляются религиозными заповедями" (что удивительно - Ханна Арендт) - хочется ответить, что в некоторых случаях лучше оторвать этику от онтологии вообще, чем дискредитировать и ту и другую псевдорелигиозной доктриной, оправдывающей власть, какой бы эта власть ни была, с помощью которой власть сакрализует себя.

Wednesday, March 20, 2013

Парадокс сциентизма

Неустранимый парадокс редукционизма-детерминизма-материализма-сциентизма:

Если этика есть такой же подчиняющийся причинно-следственным связям элемент универсума, как и любой феномен - то как же тогда можно говорить об автономности этической сфере и о высокой позиции человека, который не должен иметь опор для своей этики? Так что, этика имеет причины и полностью релятивна - или же прекрасно оторвана от всей и всяческой причинности. то есть безусловна?

Почок нейронов. "Да, да, дорогой доктор, Москвошвея..."

Генетик Francis Crick: “‘You,’ your joys and your sorrows, your memories and your ambitions, your sense of personal identity and free will, are in fact no more than the behavior of a vast assembly of nerve cells and their associated molecules. Who you are is nothing but a pack of neurons.” 

Пучок нейронов... И такого рода философия на полном серьезе обсуждается в университетах Запада высокоучеными наборами скандх и дхарм. Ну, первый слой смысла прозрачен - чисто военный. Пехота применяется в боевых действиях до сих пор - несмотря на изобретение оружия массового поражения и компьютеризацию. Вышеприведенное суждение - такой типичный матросик из окопа со связкой гранат: "Эй, вы, херувимы и серафимы! Бога нет!" Еще оно напоминает восторг все новых Вовочек, которым сообщают в первый день первого класса, как "по-настоящему" называется пиписька. Очередная сплетня о подноготной Вселенной. Очередной залп в битве за мировое господство между двумя корпорациями жрецов.

Но можно увидеть и второй слой смысла - если оных интеллектуалов все-таки не считать просто самовлюбленными профанами или агентами сциентистского агитпропа. Каков может быть практический смысл донесения такого высказывания до "простых смертных"? Чтобы они удавились с тоски? Чтобы научились мужественно существовать в мире абсурда, в котором этика не укоренена? Чтобы осовободить простецов от лап фанатиков? Да, но можно предложить и еще одну экзистенциально-конспиративную версию. Такие вещи говорятся, чтобы отвратить людей по возможности от познавательного пути в принципе, напугать их, отправить их в клубы, на дискотеки, а не особо пугливых - маргинализировать иными способами. Ведь бэконианская наука - это жесткое дело для настоящих пацанов, с баблом и властью. Всякие сантименты тут неуместны. 

Впрочем, другая сторона, естественно, в долгу не остается, разумеется. И, что особенно забавно обе стороны при случае могут единым фронтом увлеченно мочить тех, кто пытается пробраться между сциллой сциентизма и харибдой фундаментализма.

Saturday, November 3, 2012

Мозгонаперсточники

В деле занятия первого места важно придумать правильный параметр. Особенно - если о соревновании знаешь только ты, но не соперник. 

Например, китообразные имеют наибольшую абсолютную массу мозга среди млекопитающих. У кашалота - до 9 с лишним кило. Обидно антропоцентристу. И тут вводится новый критерий - соотношение между массой мозга и массой тела. Homo Sapiens мухой вылетает вперед. И наплевать, что мозг управляет системами, а не каждой жировой клеткой в отдельности. Против лома нет приема.

Но в текстах, посвященных китообразным (и, конечно, убедительнейшим доказательствам того, что человек более разумен) ничего не говорится о муравьях, у которых это соотношение - 1 к 4. Но сравнивать муравья с человеком почти никто и не будет. Поскольку абсолютная масса мозга - это в некоторых случаях все же очень круто, ведь верно?

О защите китообразных

Кстати, в деле защиты китообразных и признания оных братьями по разуму неплохо было бы объявить их, например, одним из потерянных колен Израилевых. И натравить на китобоев и антропоцентристов Антидиффамационную Лигу.

Wednesday, October 31, 2012

Бюрократия как карго-культ

Бюрократическое делопроизводство в своем пределе становится государственным карго-культом.

Сначала - теория. Во-первых, эффективность культовых процедур для просителя стремится к нулю.

Карго-культ - потому что проситель желает получить вполне реальные вещи, но они почему-то перехватываются по дороге какими-то зловещими узурпаторами, хотя патерналистские боги посылают кайфы именно просителям (с точки зрения просителей и по заверениям богов).

Sunday, October 28, 2012

СурроГатха

СурроГатха на высказывание "Сидя на кухне - каждый Будда":

Лежу. Свершаю у вэй.
Бардак в квартире моей
И в мойке гора посуды
Имеют природу Будды.

Но крепок посох Дамо -
Дерьмо убралось само.
Отсутствие бардака я
Счел действием Дхармакайи.

Saturday, October 27, 2012

Учение "Дунь"

Дмитрий Ахтырский: Учение "Дунь" - Врата Дхармы открываются внезапно.

Phil Krylov: Когда дхармы, а когда и камы.

Дмитрий Ахтырский: Мгновенная кама это канешна - взрывное проявление клеш. Иногда целая волга.

Vladimir Kife: А? Мударья?

Alexey Akuloff: Учение "сунь" - Врата Дхармы открываются не без усилий.

Дмитрий Ахтырский: А-мудха можно перевести с санскрита как "не-тупой", "не-косный". Так что амударья - это не тупая река. Она течет, в натуре. "Дунь цзяо" - так на самом деле называется чаньская доктрина мгновенного просветления. Амударья - совершенно дзэнская река, так как никуда не впадает.

Александр Сорокин: А оно как-то связано с тем, что вечером была чистая осенняя улица, а утром уже толстенная снежная шуба навалена?

Дмитрий Ахтырский: Связано столькими способами, сколько песчинок в миллионе гангов. И столькими же способами развязано.

Alexander Akh: АмудАрью суки лишили моря заставив поливать огороды! Тут поневоле дзенцем станешь!

Дмитрий Ахтырский: А может быть, река сама внушила это огродникам?

Alexander Akh: Тебе охота в абсолютно голом месте поливать миллионы гектар хлопка вместо того, чтобы быть морем, омывающим тела плескающихся в нем дев?

Дмитрий Ахтырский: Какие девы в Аральском море? Там и старушек-то нет, по-моему. Тем более, что она в аскезе могла быть.

Alexander Akh: Вот поэтому и нет, что пересохло. А раньше, бывало...

Дмитрий Ахтырский: Младые каракалпачки?

Alexander Akh: Не. Бухарцы и бухарки.

Дмитрий Ахтырский: Ну, таким и море по колено. Вот оно и высохло. Теперь купаются в отсутствии моря.

Alexander Akh: Довели реку до дзенства!

Wednesday, April 11, 2012

Собор в Иерусалиме по вопросу об обрезании: Павел и Иаков

Очень противоречивый был собор.

С одной стороны, был достигнут компромисс - язычникам позволили обрезание не совершать. Только Титу, пришедшему с Павлом в Иерусалим - пришлось, для успокоения иудео-христианской фарисейской общественности. Итог утвердил впоследствии так радикально отвергнутую возможность кардинального "разномыслия" в церкви. 

С другой - примирение было достигнуто ценой компромисса, который имел чрезвычайные последствия, которые назвать "негативными" - может быть, значит не сказать ничего. Иерусалимская община выделилась из остальных, оказалась привилегированной. "Внешние" церкви брались ее материально поддерживать. Еврейский божество в его ветхозаветном образе оказалось "истинным", языческие боги - "ложными". Христианином можно было стать, оставаясь правоверным иудеем. Язычники такой возможности оказались лишены. Язычники потеряли возможность переосмыслить в христианском духе образы своих богов (например, как это произошло в Тибете - там, по легенде Падмасамбхава обратил бонских богов в буддизм и те стали бодхисаттвами). Еврейский корпус "священных книг" оказался навязан остальному христианскому миру. От христиан из язычников потребовался тотальный отказ от своих древних мифологий - но не для выхода в иное, над-мифологическое состояние, а для замены своих мифологии и эпоса еврейскими аналогами.  

Когда же христианство стало имперской религией, это требование, фактически оказалось потенциально обращено ко всем людям планеты. И требование это подкреплялось вооруженными силами.

Friday, October 21, 2011

Методологические проблемы конспирологии, или Абсурдность веры в мировую северную лисичку


Безусловно, глубоким смыслом наполнена поговорка "Если у вас паранойя - это не значит, что вас никто не преследует". Во многом галантерейщик Бонасье был прав - он столкнулся с заговором против него и Франции. На бытовом уровне человек то и дело сталкивается с заговорами - сам интригует против кого-то и предполагает, что интриги плетутся и против него. 

В человеке сталкиваются две его веры - вера в мировую северную лисичку и вера в то, что реальность трансформируется в нечто благое (как всеобщее, так и индивидуальное). Убежденность в существовании тотального мирового заговора и вера в благое провидение. В своем пределе вера в мировой заговор абсурдна, поскольку частью заговора оказывается и сам размышляющий - в частности, сама его вера в наличие такого заговора. Поскольку даже в своем солипсическом варианте, когда человек, закрывая глаза, чувствует, что весь мир пошел на него войной, из заговора есть выход, заговор не тотален - и можно предположить, что прорвавшись сквозь тенета, он обнаружит себя в запредельной по отношению к миру заговора реальности.

Таковы предельные случаи, хотя следует помнить, что за любой конспирологической паранойей локального масштаба просвечивает этот архетип - в его первичной солипсической абсурдности. Точно так же за любым импульсом жажды власти стоит желание поставить под свой полный контроль всю реальность, которая должна стать марионеточной - и этому желанию нельзя дать поработить себя.

Вероятно все. Нельзя скидывать со счетов возможность, что это все придумал Черчилль в восемнадцатом году - или же оказавшийся в Париже Котовский. Самая невероятная версия может оказаться через некоторый промежуток времени вполне мейнстримной - коперниканская революция тому пример.

Таким образом, параноидальной конспирологии противостоит конспирология шизоидная, которой, возможно, и следует уравновешивать первую. Неуравновешенная параноидальная конспирология страдает патологической ограниченностью - она считает, что один из вариантов интерпретации каузального потока является на порядок более вероятным, чем весь оставшийся легион. Очарованный такого рода конспирологией человек забывает, что реальность практически невероятна, преувеличивает свои когнитивные возможности - хотя видит лишь ничтожно малое число струек в потоках океана причинности.

Параноидальная конспирология тяготеет к детерминистским теориям - она зиждется на уверенности, что реальность скорее контролируема, чем свободна, и что контроль этот не-благой. Хотя у меня есть серьезные сомнения, что контроль вообще может быть благим - моя интуиция говорит мне, что божественное провидение не имеет отношения к реальности, скрывающейся за семантическим полем слова "контроль", что Бог есть в том числе и Свобода.

Любое состояние реальности и отдельных ее систем параноидальный конспиролог рассматривает как запрограммированную умными, хорошо осведомленными и могущественными недоброжелателями. Любое изменение он трактует как запланированное и негативное. 

Но реальность представляет собой равнодействующую разнонаправленных воль. Мало того, субъекты процесса (во всяком случае, это точно касается мира людей) имеют сразу несколько волевых установок в одном действии (и конституции, и севрюжины с хреном и кого-нибудь ободрать). Поэтому контролеры для параноидального конспиролога оказываются в итоге существами, фактически совершенными, за "небольшим" исключением - их воля не является доброй. 

Таким образом, возвращаюсь к исходному положению - параноидальная конспирология оказывается верой в мировой epic fail, в неблагого демиурга. Вере абсурдной, поскольку сам конспиролог в пространстве своего мировоззрения размещает себя за пределами заговора и мнит себя ему противостоящим. Но если этот конспиролог выйдет за пределы собственного солипсизма, он должен будет сделать вывод, что и другие существа по своей сути к заговору непричастны. И следовательно, поток событий может пойти не по плану контролеров, неизбежны "точки бифуркации", переходные нестабильные состояния, просчитать которые не представляется возможным. ЛСД исследовалось спецслужбами на предмет усиления контроля, но на деле привело к ослаблению оного.

Крайне важно, оценивая вероятности версий, обращать внимания на собственные предустановки, направляющие внимание на одни варианты и оставляющие без внимания другие. Предельные установки недоказуемы - и мне лично предпочтительна вера во всеобщее освобождение.

Monday, September 27, 2010

Наука освобождения vs Наука манипуляции



Текст был написан для конференции "Философские проблемы биологии и медицины" во второй половине нулевых годов.

Фундаментальная этическая проблема биологии – противоборство внутри этой науки двух тенденций, «освобождающей биологии» и «манипулятивной биологии».

Эти тенденции проявляют себя во всех сферах научного знания, но именно биология на данный момент является крайне значимым плацдармом этой борьбы, хотя ее основной фронт пролегает сегодня в области наук о человеке и человеческом обществе. 

Утилитарно-детерминистская бэконианская наука открыто декларировала свой манипулятивный характер. Объект исследования интересовал ее адептов лишь как инструмент для достижения той или иной практической цели. И целью этой было усиление могущества группы в ущерб целому. В лучшем случае, таргет-группой маркетинговой кампании бэконианцев оказывалось человечество, которое в результате проекта должно было получить те или иные блага – блага вполне утилитарные. Подлинным же потребителем этих благ неизбежно оказывается та или иная группа, существенно более узкая – более или менее узкий круг властной элиты и ее клиентуры. 

Качество, первоочередным образом характеризующее манипулятивную науку – отрицание (скрытое или явное) категорического императива, не позволяющего рассматривать объект исследования как средство для достижения целей, чуждых или даже враждебных целям объекта. Конечно, Кант имел в виду прежде всего человека, но мы сегодня вправе расширить круг применения категорического императива до пределов всего универсума и всех существ, в нем пребывающих. 

Даже математика – основа контовской иерархии наук – может быть рассмотрена в свете данной дихотомии. Например, чисто умозрительно можно задаться вопросом о совершенствовании или деградации чисел натурального ряда – равно как и других математических объектов. 

Однако этому участку фронта еще далеко до того, чтобы стать местом сражения. В современности на нем действуют лишь разведгруппы неопифагорейцев и им подобных. 

Настолько же маргинально положение защитников «освобождающей науки» в областях физики и химии. Собственные интересы, цели и сущность элементарных частиц исследователей интересуют в минимальной степени. Манипулятивный мейнстрим в этих областях научного сообщества эпохи модерна властвует практически безраздельно, не желая допускать даже самой постановки подобных этических вопросов – желают ли подопытные частицы в адронном коллайдере принимать участие в эксперименте, фатальным образом изменяющем их судьбу. 

Ключевым для «освобождающей науки» является допущение существования «внутренней», субъективной реальности исследуемого объекта, существующей для самого этого объекта - сознания или его эквивалента. Это допущение в свете категорического императива предполагает, что объект исследования (как он существует сам для себя) должен стать главной целью исследования – и в лучшем случае во вторую очередь должен исследоваться в качестве средства для достижения сторонних по отношению к объекту целей. И эта вторая очередь может воспоследовать лишь тогда, когда исследователь не обнаружил «возражений» объекта, причем этически корректно предполагать для объекта именно «презумпцию возражения». Такова этическая максима, как она мне видится – как бы она ни была далека от дискурса современного «естественнонаучного» мэйнстрима. 

Обращусь к «наукам о человеке», чтобы затем перейти к биологии. Психология и социология достаточно четко разделяются по рассматриваемому критерию. Одни стратегии подразумевают освобождение человека, интеграцию его сознания и человеческой культуры в целом. Другие же направлены на совершенствование искусства манипулирования человеком и социумом, в конечном итоге – на сужение числа степеней их свободы, к усугублению творческой ущербности – вплоть до состояния пресловутого винтика в контролируемом социальном механизме. 

Область же биологии находится в положении участка фронта, только становящегося сценой активных боевых действий. 

Высшие животные достаточно недвусмысленно выдают исследователю практически не допускающую иных интерпретаций информацию о своем нежелании принимать участие в экспериментах, которые приводят их организм к летальному исходу или же, шире, к нежелательным для них переживаниям. Некоторые же виды животных имеют настолько развитую нервную систему и деятельность, что возникает вопрос об их «равном» или даже «превосходящем» по отношению к «homo sapiens» положению – причем по параметрам, которые дискурс естественной науки модерна полагает высшими. Это привело, в частности, к тому, что такой этически ориентированный исследователь-дельфинолог, как Джон Лилли, выпустил на волю группу подопытных дельфинов, заявив, что дельфинологические изыскания для него в дальнейшем будут возможны только как добровольное с обеих сторон сотрудничество человека и дельфина. И это при том, что само «нижестоящее» по ряду параметров положение существа не дает принципиального этического права эксплуатировать его существу «вышестоящему» - напротив, налагает долженствование помощи. 

Концептуально важна в данном контексте метафизическая проблема понимания «Другого». Она упирается в две фундаментальные антиномии – «солипсическую» (понимание невозможно либо возможно всепонимание в пределах/беспредельности единого универсального сознания) и классическую кантовскую антиномию свободы/детерминизма. Декарт предпочитал исходить из детерминистской установки, интерпретируя болезненные реакции подвергаемых им вивисекции существ как автоматические реакции механизма. Но продолжение этого нарратива привело в теории к появлению трактата Ламетри «Человек-машина», а на практике – к попытке воплотить в жизнь тоталитарные антиутопии, в пределах которых индивидуальные переживания имеют ценность только в контексте их осмысления высшими властными инстанциями в лице слившихся с властью в одно целое экспертных научных советов. 

Таким образом, даже принимая во внимание всю сложность ситуации, в которой находится современное человечество и, в частности, научное сообщество, этический вектор прочерчен от науки манипуляции к науке освобождения. При всем обилии неизвестных нам факторов следование категорическому этическому императиву предполагает трансформацию биологии в направлении от утилитаристской вивисекции к взаимоосвобождающей медицине – пониманию того, что на пути освобождения находится как экспериментатор, так и подопытный. И подопытный этот – не «экземпляр» и не «живой материал», но субъект, «сын божий» и наш брат, сознательное существо. И это существо нуждается в медицинской помощи – и, возможно, способно помочь и нам без неприемлемых с его стороны (и под его углом зрения) жертв. И само слово «медицина» тут может служить синонимом «науки освобождения» во всех смыслах, которые человек способен вложить в это слово – «освобождение».

Thursday, June 24, 2010

Божественное не нуждается в обожествлении (беседа)

М и т я  А х т ы р с к и й: Сопротивление злу - это такая нравственная антиномия, что ли...

Ф е д о р С и н е л ь н и к о в: В нашем мире - безусловно. Но это динамическая, ситуативная и персоналистичная антиномия.

М и т я: С другой стороны - если бы все перестали сопротивляться силой - зло силу бы, возможно, потеряло?

Ф е д о р: Я не сторонник идеи, что каждому необходимо всегда и везде отказаться от насилия в борьбе с действиями, в которых он видит проявление крайнего зла.

Творческое и свободное принятие решений каждым человеком в каждом конкретном случае.

М и т я: Это да.

Ф е д о р: Одна этика - для Александра Невского. Другая - для Ганди. Естественно, что Ганди был возможен в условиях английской колониальной системы. А Александр Невский в условиях этой системы был бы сатанистом.

М и т я: Но человек должен всегда быть устремлен к минимизации силового воздействия.

Ф е д о р: С этим согласен полностью. Минимизация как задача. но и здесь может быть лукавство. Положим, человек искренне стремится к минимизации насилия. Но при этом для этого он стремится к власти.

М и т я: Стремящийся к власти ради минимизации насилия - это лукавство, но уже неустраняемое. Стоит ли ходить на выборы? Антиномия )

Ф е д о р: Ходить или не ходить на выборы - опять же все зависит от конкретной ситуации. Мы не можем дать единый рецепт на все случаи жизни. Человек стремится к схеме, на основании которой можно принимать решения, не думая, не рассуждая, не беспокоя свою совесть. А это путь не творческий, а механический. Это путь отказа от свободы. Идеальное состояние то, при котором каждый поступок, каждый выбор - не механический, но творческий и свободный.

М и т я: Это антиномия свободы и необходимости - ее вариант. Рассудок ищет законы и алгоритмы. Человек стремится найти идеальные конструкции - это касается не только теоретической науки, но и этики, области права.

Ф е д о р: Вот - не знаю, можно ли говорить только о рассудке. Законы и алгоритмы для себя ищет не столько рассудок, сколько рабское начало в человеке. Дьявол техничен и алгоритмичен, Бог - свободен.

М и т я: То есть, постигая законы истории, ты понимаешь, что постигаешь то, что обусловлено рабской природой?

Ф е д о р: Именно так! И этот поиск - напрасный. Нет и не может быть никаких идеальных конструкций. Любые конструкции имеют дело с застывшим состоянием, с мертвым материалом. А жизнь предполагает подвижность, динамичность, творческую постановку вопросов и поиск творческих ответов на них.

Я бы сказал, что я постигаю принципы существования и развития конкретного феномена - державности. И эти принципы могут быть выявлены именно потому, что державность связана с демонической природой. Именно это детерминирует развитие держав, лишает их творческой свободы. Они изначально находятся в падшем состоянии, именно поэтому они могут быть "просчитаны". Демиурги просчитаны быть не могут.

М и т я: Теперь не буду тебя цеплять с законами )

Ф е д о р: Замечу еще вот что - синхронно как раз об этом думал. Невозможно объяснить в рамках представленных мной "законов", почему в одном случае, когда для этого есть достаточные условия, держава в метакультуре возникает, а в другом случае (с тем же набором условий) - нет. Именно потому, что активность Демиурга не может быть описана в рамках детерминированной системы. Его реакции свободны. А вот жизнь держав уже подчиняется весьма жестким законам развития.

М и т я: Касательно законов, рассудка и антиномий. Есть еще в человеке тяготение к универсализации. Оно не рабское, но будучи профанировано, дает алгоритмизацию. Тут уже спор об универсалиях ) Тоже антиномия.

Ф е д о р: Разверни мысль.

М и т я: У человека есть интуиция о всеобщей взаимосвязи, о полной интегрированности всего со всем. И для рассудка привлекательно отобразить эту интуицию в рамках целостной системы.

Ф е д о р: Почему ты делаешь такой упор именно на рассудке? Ведь алгоритмизация может быть вызвана и леностью воли.

М и т я: Безусловно, но алгоритмизирует уже рассудок.

Ф е д о р: Согласен.

М и т я: Рассудок без воли ничего не делает.

Оправданность редуцированных систем - без них мир бы для человека не интегрировался, а вообще распался бы. Сходная вещь - проблема языка. Язык - буферная зона, но отбросить его можно только на его вершинах.

Ф е д о р: В таком случае не получается ли, что творческое отношение к действию должно сопровождаться сдерживанием рассудочности ("ум - подлец"?)

Оправдание редукции - это интересно.

М и т я: Вот я написал только что - без рассудка мир вообще распадется для человека. И единство он будет прозревать чисто ситуативно в каждом конкретном случае, и это будет псевдоединство. На уровне "я молодец - все идиоты" - хотя и это тоже конструкция.

Редукция не оправдана, я неточно выразился. Несовершенство не имеет оправдания.

Ф е д о р: Что же ведет на вершину языка? Полагаю, что язык имеет бесчисленное количество уровней. Интересно - рассудок необходим, как необходима редукция и относительная алгоритмизация, потому что они позволяют синтезировать мировосприятие. Но при этом творческая задача - в творческой, а не механической реакции на вызовы.

М и т я: Редукция не необходима. Просто отказ от пользования рассудком приведет к деградации, если человек не просветлен - тогда контроль будет отдан разнообразным эмоциям и так далее. Стоит создавать все более пластичные интегрирующие конструкции, уметь их трансформировать, менять, - ну и так далее. И уметь останавливать структурирующую рассудочную деятельность.

Ф е д о р: Может быть, точнее было бы сказать не "несовершенство", а "снижение не имеет оправдания".

М и т я: Да.

Здесь - как и с проявлением насилия.Проблематика построения жестких рассудочных систем подобна проблеме сопротивления злу насилием. Мы сталкиваемся с теми же этическими сложностями.

Ф е д о р: Можно ли на каком-то уровне выйти к состоянию, при котором создание "пластичных интегрирующих конструкций" будет созданием самой "реальности", а не ее когнитивной модели? Этот вопрос связан с уровнями языка. Высшее состояние - Слово Бога. Единство сущности и ее образа (конструкции).

М и т я: Вопрос о достижимости или недостижимости такого состояния - это тоже антиномия. Есть ли пропасть между Богом и творением? Бесконечен ли этот путь?

Думаю, человек может прыгать во внесистемное и внеязыковое состояние, погружаться в молчание. Язык же и прочее человек творит, это продукты его творчества.

Говорят, хорошая метафизика нужна только затем, чтобы не было плохой. Так что скорее здесь все тоже ситуативно. Каждая система - к своему случаю. Ее задача - помочь пройти к полной интегрированности, но она сама - не такова. Все системы - это такие коаны. Они могут создаваться для устранения заблуждений, но если к ним привязываться - сами становятся заблуждением.

Ф е д о р: Хорошо.

Что, если рассмотреть ситуацию, в которой пропасти между Богом и творением нет, а Слово и Молчание - как инь и ян (творчество в высшем проявлении - это интеграция "слова" и "благородного молчания")?

М и т я: Да, Слово и Молчание как Ян и Инь - это хорошо. Дао же - это не слово и не молчание.

Ф е д о р: В свою очередь свободу от таких привязанностей обеспечивает творческое созидание "пластичных интегральных конструкций", которые уже не только конструкции, но сама реальность.

М и т я: Здесь мы еще попадаем в ловушку дихотомии конструкция /реальность.

Ф е д о р: "Реальность" использую как условный термин.

М и т я: Это хитрая такая оппозиция.

Ф е д о р: Вечное преодоление Великого Предела.

М и т я: Конструкции сама по себе есть реальность. Ментальная.

Ф е д о р: А реальность - конструкция.

М и т я: Если точка сборки в ментальной сфере. Реальность - это и эмоция. И так далее. И рассудок не подлец. Он нуждается в просветлении. Его просветление - это тоже "просветление материи".

Ф е д о р: Здесь есть опасность оказаться в сложном положении - тождественность "сознания" и "бытия" или утверждение, что "всё есть сознание" может разрушить те самые когнитивные подпорки, без которых вообще невозможно познание.

М и т я: А сила - это псевдопонятие, профанирующее творческий акт. Творческая активность и Покой. Тоже Ян и Инь. И то, и другое люди склонны называть силой. Активной или инерционной.

Ф е д о р: Можно сказать иначе, что сила - это амбивалентное понятие и сущность. При этом творческий акт может быть разных уровней. Разной насыщенности божественными энергиями.

М и т я: Расскажи поподробнее про "утрату когнитивных подпорок".

Чем в большей степени творчество является "богосотворчеством", тем меньше в творческом акте насилия.

Ф е д о р: Попробую ответить. Творческая динамика может не исключать промежуточные остановки. Идея ступенчатости. Для того, чтобы перейти на следующую ступень, необходимо иметь опору внизу. Здесь наша с тобой давняя диалектика континуальности и дискретности, антиномичности и определенности.

М и т я: Тонкое творчество как бы проливается сквозь сопротивление. В итоге - сотворчество творца и "материала".

Ф е д о р: Про творчество - очень хорошо. Идеальное состояние - когда материала уже вообще нет. И нет "продукта" творчества. Как говорил Бердяев, нет остывшего результата творческого акта.

Митя: Именно. Перманентная творческая революция.

Но я все равно недопонял про подпорки. Почему "тождественность сознания и бытия и тезис что все есть сознание могут разрушить когнитивные подпорки и познание станет невозможным"?

Ф е д о р: Потому что существуют разные уровни этого самого бытия-сознания, предполагающие их стратификацию. Опасность того, что невозможно будет сделать слдующий шаг вверх, так как внизу будет пустота.

М и т я: Ну, это как и про материал. "Бытие" оказывается таким вот материалом. Который то ли есть то ли нет.

Ф е д о р: Трудно жить над пропастью. Нужно постоянно летать.

М и т я: Сознание и бытие разделены только в непросветленном сознании. Любовь - опора.

Ф е д о р: По аналогии с образом Бога - только в непросветленном сознании Он применяет принуждение.

Любовь - опора - это понятно. Но речь-то идет еще о неких вспомогательных промежуточных состояниях бытия-сознания.

М и т я: Кстати - у Андреева, кажется, нет примеров, чтобы провиденциальные "силы" (вот ведь язык какой) чинили насилие против демонических сил. Даже тот самый удар демиурга по цитадели - это освобождающий пленницу акт.

Ф е д о р: У Андреева, увы, есть такие картины, которые слишком легко понять натуралистично. Можно придти к идее, что разделение мироздания на слои происходит только от взгляда "снизу". А для Бога нет ни "объектов", ни "слоев" - одна Любовь... Чем выше сознание, тем менее четкими становится членение мира на слои. И на отдельные личности.

М и т я: Так мы при познании как раз всегда как бы упраздняем предшествующую ступеньку, она исчезает в новом акте познания. Ведь лестница - только снизу тоже видна, она же сверху свешивается, так сказать. А внизу - на что же она там опиралась бы? На хаос? Или на пустоту? Или на материю аристотелеву?

Ф е д о р: С лестницей - хорошо. Сильный аргумент.

М и т я: А еще я про системотворение подумал, и вообще про рассудочные дела - это тоже такие психотехники. Которые призваны - как и пост и прочее - изменять сознание. Их ценность - в этом, а не в них самих.

Ф е д о р: То есть наши с тобой рассуждения - это духовная практика не хуже созерцания иных миров?

М и т я: Когда они сами становятся ценностью - становятся алгоритмом, отождествляются с самой реальность, фактически обожествляются. Как обожествлялся напиток сома.

Ф е д о р: Когда наши рассуждения не отождествляются с реальностью... Напилася я пьяна, не дойти мне до сомы...

М и т я: Рассуждение было тоже самой реальностью.

Ф е д о р: Только не обожествляемой...

М и т я: Божественное не нужно обожествлять дополнительно ))) Оно в этом не нуждается. А обожествляют след, отпечаток, идола, в конечном итоге.

Ф е д о р: Хорошо.

Friday, May 28, 2010

Правомерность сопоставления концепций Андреева с другими религиозными концепциями (переписка с Федором Синельниковым)

Дмитрий Ахтырский:

Андреев не создает свое оригинальное богословие. Он пользуется терминами христианского богословия, привнося в них иное содержание. Гораздо более адекватной для него была бы даосская традиция. В ней Дао проявляет себя сначала как Великий Предел, затем в Великом Пределе проявляется полярность Инь и Ян, затем во взаимодействии этих двух начал проявляется третье начало - Цзы, через которое творится "вся тьма вещей". Но он стремится остаться в рамках христианской традиции, а пользование иной терминологической системой вывело бы его в иное пространство мысли. Именно теологические термины Андреева теснее всего привязывают его к историческому христианству - именно его троическая и христологическая теология. И они же рождают едва ли не наибольшее сопротивление у людей, ориентированных на догматику вселенских соборов. 

Федор Синельников предлагает уйти от сопоставления концепций Андреева с иными религиозными концепциями вообще. Но именно в этом сопоставлении рождается идея, согласно которой троический принцип может иметь различные проявления. Каждое проявление может быть профанировано, и каждое служить мостом в Небо. Да, андреевское богословие чревато сексуализмом и семейственностью, но той же семейственностью и неизбывным гендерным шовинизмом чревато традиционное христианское богословие. 

В сопоставлении трудносопоставимых вещей может родиться множество новых идей - тем более интересных, чем труднее давался процесс сопоставления. 

Андреевское богословие у ортодоксального христианского интеллектуала вызывает острое раздражение, представая нагловатой поверхностной вставкой в целостность традиции, инородным телом, при этом недостаточно изощренным и тонким для способного на тончайшие различения ума богослова. Но несмотря на его проблемность, оно оказывается ценным. 

Основная его ценность, как мне видится - отнюдь не введение женственности в богословие. А наведение мостов между авраамической традицией и традициями иными, прежде всего индийской и китайской. Причем, скажу даже более, богословие Андреева - с его существеннейшей и демонстративной христианской компонентой - в настоящий момент является одним из немногих мостов, удерживающих историческое христианство в концептуальном (подчеркиваю - имею в виду именно богословский синтез, а не бытовой либерализм вроде построения буддийских мандал в христианских соборах) поле мировой религиозной интеграции. В современном мире эта интеграция включает в себя христианство едва ли не в последнюю очередь, пропуская вперед даже ислам в его суфийском варианте.


Федор Синельников:

Здесь нужно уточнить значения терминов, которые мы используем.

Богословие может быть не только христианским. И утверждение Андреевым существования женственного аспекта Божества не являясь чем-то принципиально оригинальным, выглядит очень органично в его мифе. Проблема возникает, на мой взгляд, не в том, что Андреев "вводит женственность в богословие". Андреевская концепция теряет привлекательность тогда, когда Андреев в нескольких фразах пытается перевернуть одну из основных христианских доктрин. Зачем?

Андреев жаждет глобального религиозного переворота. Он хочет вселенского госпосдства Розы Мира - новой религиозной системы. Эти ожидания рождают в Андрееве, в свою очередь, стремление к согласованию догматического христианства с его восприятием Божества. В результате утопическое мироощущение рождает поверхностное околохристианское богословие.

"Наведение" же "мостов" между традициями может осуществляться и без такого богословия. Более того, из-за своей несостоятельности оно только будет мешать возможному диалогу. Попытка использовать андреевские тринитарные и христологические формулы в качестве первоначального основания для ведения диалога просто парализует его на самых первых стадиях.

Можно отдельно обсудить обширную тему межрелигиозного и межконфессионального диалога. Здесь же отмечу, что утверждения о том, что андреевская концепция Троицы удерживает христианство в "концептуальном поле мировой религиозной интеграции" требуют очень серьезного обоснования.


Если вернуться к версии Раоса, в ней мне представляется любопытным то, что новые монады участвуют в некоем кенотическом акте. Однако можно предположить, что кенозис - это одна из важнейших интенций любой монады. И не только монад, но и Бога. Добровольный кенозис монад может пониматься не как умаление их относительного совершенства, а как его расширение. 

Thursday, May 27, 2010

"Выделенность" Ирольна (переписка с Федором Синельниковым)

Дмитрий Ахтырский:

Ирольн в планетарном космосе вроде бы относится к сакуале "Миров Высокого Долженствования", но, как с некоторой долей неуверенности указывает Андреев, лишь отчасти. В Ирольне монады (или аспекты монад) людей "ожидают" свои шельты. В то время как соседние миры этой сакуалы описываются как место встречи, а не как место ожидания. В результате мы сталкиваемся с герменевтической проблемой. 

Существует два рода миров - миры "встречи" и миры "ожидания". Андреев говорит о том, что в сакуалу Высокого Долженствования входят, в частности, слои Аликанда, Товия и Ро - три мира встречи человеческих шельтов со своими монадами. Возможно, первые - пятимерные, вторые - шестимерные и в сакуалу "Высокого Долженствования" уже не входят. Получается, что человечество как бы выделено из остальных сообществ Шаданакара - у него есть три "мира встречи" и еще и "мир ожидания", о мирах же ожидания у других сообществ не говорится ничего. 

В определенном смысле в пользу второй версии может "работать" утверждение Андреева, что создание человечества было форс-мажорным актом, то есть шельты многих людей не имели до-человеческих воплощений в Шаданакаре, стали своего рода "десантом" в Шаданакар. И, стало быть, принявший их мир, Ирольн, оказался принадлежащим к иной, более высокой сакуале - а какой? Выше, по Андрееву, идет сакуала "космических инвольтаций". И вполне логичным в рамках этой герменевтической версии выглядит предположение, что Ирольн, будучи слоем сакуалы космических инвольтаций, принимает десант монад, которые мы теперь называем монадами человеческими. 

И еще один непростой вопрос - оказываются ли в итоге в Ирольне монады, чьи шельты трансформировались, стали человеческими - шельты животных, титанов, ангелов, стихиалей? Где находились монады титанов - в отдельном слое, который прекратил существование, когда те, кто были титанами, стали воплощаться в человеческом облике? Или такой слой существует и ныне, но Андреев о нем не говорит? 

Вообще, по Андрееву оказывается, что человеческий род не един по своему генезису - существуют люди животного происхождения, ангелического, стихиального, титанического, наконец - инобрамфатурный позднейший десант. Можно, однако, попробовать смягчить эту гностическую версию, причем несколькими способами. И вернуться к идее единства человеческого рода. Можно, к примеру, предположить, что человеческие монады приняли низшие тела обезьян, шельт же был сформирован самой монадой - ведь он творится непосредственно ей. Вторая версия - монада животного образует единство с человеческой монадой (монадой десанта) и шельт монады животного становится шельтом нового монадического единства. Слияние разнородных монад, по Андрееву, событие возможное - вспомним о судьбе некоторых метапрообразов. Третья версия - самая простая. Генезис в данном случае не имеет принципиального значения, иерархию монад выстраивать некорректно - поскольку мы будем иметь дело с патологической иерархией, которую не зараженные эйцехоре образования, какими являются монады, не выстраивают. И монада, когда то бывшая монадой животного, равнодостойна монаде из позднейшего космического десанта, а за счет единства монадического сознания монады разного происхождения могут напрямую передать друг другу свой до-человеческий опыт. 

В главе "Логос Шаданакара" Андреев говорит, что Ирольн был слоем, подготовленным провиденциальными силами макробрамфатуры для первоначального спуска Планетарного Логоса в Шаданакар. Это косвенно подтверждает версию о принадлежности Ирольна к сакуале космических инвольтаций. 

Впрочем, "ожидание" и "встречу", возможно, следует различать скорее в отношении шельта, чем в отношении монады. Здесь мы можем говорить вновь об антиномической логике единства потенциального и актуального, которая была усмотрена в андреевском нарративе в ветке "Духовная Вселенная и макробрамфатура Вселенной". Для монады (во всяком случае, для высшего монадического аспекта) встреча с шельтом происходит в вечном настоящем, "блудный сын" встречаем актуально здесь и сейчас, везде и всегда. Но если смотреть "от шельта" - шельту предстоит путь воссоединения. Но - человеческая монада в преддверии шельта делает шаг ему навстречу, совершает нисхождение из Ирольна в один из миров "встречи" (мир "ожидания" расположен "выше"). Не эту ли реальность, которую я пытаюсь нащупать с помощью антиномической логики, имел в виду автор Алмазной Сутры - "вставший на путь не вставал ни на какой путь, и именно поэтому называется "вставшим на путь"? И Лао-цзы - "путь, который можно пройти, не есть истинный путь"? 

Вообще, человечество у Андреева все же остается выделенным среди других сообществ Шаданакара - хотя и в меньшей степени, чем в подавляющем большинстве иных дискурсов. Может быть, это тема для отдельного более широкого обсуждения. 

С одной стороны, человечество призвано на помощь в деле спасения Энрофа, с просветлением которого не справляется сообщество животных. 

С другой - мы говорили выше об особом статусе Ирольна, хотя однозначно утверждать о некоем хотя бы топологическом неравноправии человеческих и иных монад - значит проявить герменевтическую некорректность. 

Слои Просветления и Возмездия для человечества - настоящие многоступенчатые лестницы. За исключением сообщества ангелов, прочие сообщества имеют куда более масштабные лестницы восхождения/нисхождения. 

Наконец, показательно положение Олирны. В ней нет животных, растения в ней, как и в Энрофе, присутствуют опосредованно. Между тем, Олирна - один из древнейших обитаемых, обустроенных слоев. 

Андреев писал: "Миры «Высокого Долженствования» – остановки между затомисами, Картиалой даймонов и Хангвиллой просветлённых животных, с одной стороны, мирами Высших Трансмифов Верховных Религий – с другой. Над Уснормом расположена Гридруттва – тот белый чертог, где создаётся великий творческий план человечества. За ней идут: Аликанда, похожая на сердцевину цветка, Товия, похожая на пену, на иней, на белый сад, на падающий снег, и Ро – огромные поющие кристаллы: их эхо – прекраснейшие произведения музыки в Энрофе, в Олирне, у даймонов, даже в затомисах. Эти три слоя – обиталища человеческих монад, воссоединившихся со своими ставшими душами". 

Можно ли предположить, что Ирольн есть место "ожидания" не только человеческих монад (напоминаю о всей условности применения по отношению к монаде термина "ожидание" - скорее это непросветленный шельт ожидает этой встречи), но и монад иных сообществ?


Федор Синельников:

Ты писал: "В Ирольне монады (или аспекты монад) людей "ожидают" свои шельты".
.
Если не ошибаюсь, Андреев не использует этот глагол. Ирольн - это слой, в котором находятся
"монады людей до их соединения со своими ставшими душами. Это первый мир, куда спускается личный дух каждого человека, вступая в Шаданакар из Отчего лона" (РМ, 153).(замечу, кстати, что у Андреева, уделявшего такое внимание Мировой Женственности, монады спускаются из Отчего, а не Материнского лона). 

Из этой фразы Андреева еще не следует, что здесь не находятся монады других существ. Возможно, что Андреев в данном случае просто акцентировал внимание на человечестве. Во всяком случае Планетарный Логос в начале существования Шаданакара впервые входит именно в Ирольн.

Андреев писал: "Слой, в который Он сошел сперва, стал впоследствии Ирольном" (РМ, 235). "Творчеством Логоса этот слой был подготовлен к тому, чтобы принять множество юных богосотворенных монад..." (РМ, 235).

Т.е. Ирольн - это, возможно, место первоначального спуска в Шаданакар любых монад. И воссоединение монад и шельтов происходит в других слоях сакуалы Высокого долженствования ("других" - если относить к этой сакуале Ирольн). Замечу, что в тюремном черновике Андреева слой Ро - это еще и место воссоединения шельтов Фонгаранды со своими монадами. 

Но в любом случае, в тексте Андреева место воссоединения монад и шельтов любых существ - это не Ирольн. 

Ты писал: "И, стало быть, принявший их мир, Ирольн, оказался принадлежащим к иной, более высокой сакуале - а какой? Выше, по Андрееву, идет сакуала "космических инвольтаций". И вполне логичным в рамках этой герменевтической версии выглядит предположение, что Ирольн, будучи слоем сакуалы космических инвольтаций, принимает десант монад, которые мы теперь называем монадами человеческими".

Из того, что выше Ирольна находится сакуала космических инвольтаций, еще не следует, что Ирольн может относиться к ней. Есть слои-одиночки, не входящие в какие-либо сакуалы (например, имеющий космическую протяженность Энроф). Ирольн может быть таким же слоем-одиночкой с космической протяженностью. 

Ты писал: "Но - человеческая монада в преддверии шельта делает шаг ему навстречу, совершает нисхождение из Ирольна в один из миров "встречи" (мир "ожидания" расположен "выше")".

Красиво и убедительно. 

Андреев писал: "Слой, в который Он сошел сперва, стал впоследствии Ирольном" (РМ, 235)

Интересная фраза. "Стал впоследствии"...


Дмитрий Ахтырский:

Ты писал: "Ирольн может быть таким же слоем-одиночкой с космической протяженностью".

Да. Но и в этом случае он оказывается слоем межбрамфатурной коммуникации. А имеено таковы слои инвольтаций. Поэтому мне и представляется логичным причисление Ирольна к этому слою. Хотя и твое предположение вполне корректно. 

Ирольн действительно может быть слоем для монад всех сообществ. В таком случае Андреев допустил антропоцентристскую небрежность. Но даже если так - структурно человечество все равно выделено, поскольку имеет три слоя встречи, а остальные сообщества - по одному. Или же будем вынуждены констатировать наличие белых пятен и не отмеченных слоев.


Федор Синельников:

Ты писал: "Но и в этом случае он оказывается слоем межбрамфатурной коммуникации".

Полагаю, что таких слоев может быть много. В принципе все слои космической протяженности представляют собой - актуально или потенциально - сферы таких коммуникаций. Возможно, что Энроф - самый нижний из них. 

Здесь бы я еще раз вернулся к идее соответствия количества слоев в брамфатуре количеству пространственных измерений и потоков времени в высшем из них. 

Что, собственно, конституирует брамфатуру? 

Появление монады, которая становится Логосом брамфатуры, в одном из слоев и "задает" существование этой брамфатуры. 

В нее изначально входит некое количество слоев, имеющих значительную протяженность (возможно, космическую), т.е. уже входящих своими аспектами в другие брамфатуры. 

И в высшем на тот момент слое (а для нашей брамфатуры таковым на заре ее существования был Ирольн) изначально должно было быть столько измерений пространства и потоков времени, сколько слоев вошло тогда в эту брамфатуру. 

Ты писал: "Где находились монады титанов - в отдельном слое, который прекратил существование, когда те, кто были титанами, стали воплощаться в человеческом облике? Или такой слой существует и ныне, но Андреев о нем не говорит?"

Андреев писал: "Похищение монады требовало неимоверных усилий и длительной подготовки. Оно удалось только в IV веке нашей эры, когда Гагтунгр сумел вырвать из Ирольна одну человеческую монаду, в прошлом проходившую некогда через инкарнацию еще в человечестве титанов, а теперь связанную с шельтом, едва успевшим закончить путь по Энрофу в облике одного из императоров Рима" (РМ, 250).

Это означает, что, по крайней мере, некоторые монады тех, кто был когда-то титанами, находятся в Ирольне.

Духовная Вселенная и макробрамфатура Вселенной (переписка с Федором Синельниковым)

Федор Синельников:

В «Розе Мира» Даниила Андреева важнейшее значение имеют понятия «Духовная Вселенная» и «Макробрамфатура Вселенной». 

Макробрамфатура – это система не только всей Вселенной, но и менее значительных миров – галактик. Макробрамфатура Вселенной (первое упоминание – РМ, 90) – самая грандиозная из этих систем. Все системы брамфатур и макробрамфатур (и в том числе систему макробрамфатуры Вселенной) можно назвать взаимопроницаемыми в том смысле, что временно-пространственные слои являются общими для нескольких брамфатур. Например, Энроф обладает космической протяженностью, и, следовательно, этот слой входит в системы макробрамфатур галактик и всей Вселенной. 

Д. Андреев пишет: “Внутри нашей Галактики системою, полностью освободившейся от демонических начал, является Орион – макробрамфатура необычайного могущества духовного Света“ (РМ, 94). Т.е. макробрамфатура нашей Галактики как бы включает в себя макробрамфатуры “созвездий”, в том числе и Ориона. 

Определения «макро-» и «мета-» в отношении брамфатур являются синонимами для Д. Андреева. Например, он называет систему Антареса – центра демонических сил нашей Галактики – и макро- (РМ, 90) и метабрамфатурой (РМ, 163, 196). 

Андреев определяет количество слоев в некоторых макробрамфатурах до 8 тысяч (РМ, 90). Макробрамфатура Вселенной согласно логике текста Андреева, является самой грандиозной и должна включать в себя все слои космической протяженности. 

Когда Д. Андреев определяет в мусульманском мифе высший пласт, который пытается «прорваться в Метабрамфатуру, но бытие Мировой Сальватерры, бытие Планетарного Логоса не осознавший и тем самым поставивший предел для себя самого» (РМ, 289). Также в других фрагментах РМ под макро- и метабрамфатурой понимается некий высший по отношению к нам и вполне определенный, единственный мир: хлынул из макробрамфатуры в Шаданакар (РМ, 286); творится иерархиями метабрамфатуры (РМ, 150). 

Бунт и падение Люцифера происходили в «превышающих все категории нашего разума масштабах той макробрамфатуры, которая объемлет Вселенную» (РМ, 91). «Созидание ими другой вселенной началось в пределах этой» (РМ, 92). «Давно низвергнутые из макробрамфатуры Вселенной, силы Восставшего ведут в мирах нашей Галактики безостановочную, неустанную, миллионы форм приобретающую борьбу против сил Света…» (РМ, 94). 

Из слов Андреева о том, что «богоборческая деятельность протекает не в духовном мире, но в материальных мирах…» (РМ, 93) не следует с необходимостью, что до падения монады, как ставшие демоническими, так и оставшиеся верными Богу, пребывали в Духовной Вселенной, и что Духовная Вселенная тождественна макробрамфатуре Вселенной. Это фраза лишь означает, что некий "духовный мир" после падения монад, ставших демоническими, не может быть сферой их активности. 

Духовная вселенная не тождественна макробрамфатуре Вселенной. Духовная Вселенная не является макробрамфатурой, т.е. системой со множеством временно-пространстенных слоев, т.к. – «духовных слоев как слоев не существует» (РМ, 45/91 ("РМ, 00/00" - так даются ссылки на два издания РМ - 1991, "Прометей", и 1998, "Урания")). Но если не существует "духовных" слоев, то при учете связи слоев со временем-пространством и верности предположения о соотнесении количеств измерений в высшем слое брамфатуры и слоев в брамфатуре*, можно сделать вывод, что в Духовной Вселенной не существует временно-пространственных измерений. 

*В высшем слое Шаданакара 6 пространственных и 236 временных измерений (РМ, 89). Количество слоев в Шаданакаре - 242 (РМ, 90). Т.о. количество слоев в нашей брамфатуре равно количеству измерений в высшем из них. Андреев не отмечает, что существует связь между количеством слоев и числом измерений в высшем из них. Но можно предположить, что эта связь существует. 

Андреев пишет, что «чисто духовные излучения… исходят из наивысших транскосмических сфер, которые можно было бы назвать эмпиреем, если под этим странным словом понимать не фантастический “мир неподвижных звезд”, но объемлющую космос обитель чистого Духа, то есть Пресвятой Троицы» (РМ, 72/152). В другом фрагменте Андреев называет «эмпиреем» Духовную Вселенную, «объемлющей и звездные архипелаги, и океаны Метагалактики, кажущиеся нам столь пустынными» (РМ, 234). Из сопоставления этих фрагментов можно заключить, что Духовная Вселенная у Андреева – это обитель чистого Духа – Пресвятой Троицы. 

Здесь можно задать вопрос о том, как в метафизике Андреева соотносятся, например, Логос макробрамфатуры Вселенной и Логос Пресвятой Троицы? 

Интересно такое утверждение Андреева: “Когда человечество – физическое и уже внефизическое – закончит свой колоссальный цикл, когда закончат его и все царства Планетарной природы, – они полностью совпадут с этим планетарным раем (Мировой Сальватеррой). Тогда начнется раскрывание Мировой Сальватерры, как цветка, в готовый принять ее простор Духовной Вселенной. Солнце Мира будет сиять над этим цветком, принимая в свои небеса его благоухающее излучение. Но последняя цель будет и тогда еще безмерно далека...” (РМ, 111-234). Т.е. вершина Шаданакара "раскрывается" не в макробрамфатуру Вселенной, а в Духовную Вселенную. Т.е. выход завершившей свое становление брамфатуры происходит в мир, в котором отсутствуют слои и измерения.


Дмитрий Ахтырский:

Возможно, в определенном смысле частью брамфатуры являются "слои ее инвольтаций" в других брамфатурах. Андреев упоминает слои инвольтаций брамфатур Солнца, некоторых планетных тел Солнечной системы, Ориона, Центра Галактики. 

Андреев пишет: "Выше по иерархической лестнице Шаданакара располагаются, одна за другой, сакуалы космических инвольтаций. Что это значит? В длящейся много миллионов лет истории Шаданакара имели и имеют место активные воздействия других брамфатур: или более мощных, чем наша, или стоящих впереди нас в своём развитии, или, наконец, соизмеримых с нашей по своим масштабам и ступени восхождения, но находящихся пространственно не так далеко от нас, следовательно, взаимодействующих с Шаданакаром. Материальность миров инвольтаций создана светлыми силами других брамфатур; обитаемы же они теми высочайшими существами, которые без труда преодолевают космические пространства: это – пришельцы с других брамфатур, великие помощники и друзья светлых сил Шаданакара". 

С одной стороны, эти "слои инобрамфатурных инвольтаций" являются частью Шаданакара, с другой - это их можно считать "территорией" иных брамфатур, они созданы их иерархиями и населены их посланцами. 

Таким образом, и "рядоположные", не находящиеся в естественно-иерархическом положении друг относительно друга брамфатуры могут быть названы взаимопроникающими, не имеющими отчетливых границ. 

Можно, продолжая, логику андреевского мифа, предположить, что и Шаданакар имеет свои "посольства" в иных брамфатурах. 

Как следует из текста, сакуала космических инвольтаций создана провиденциальными силами иных брамфатур. Но может возникнуть вопрос: Андреев нигде не говорит о том, что брамфатуры Солнца, Юпитера, Сатурна, Урана и Нептуна избавились от демонических начал. А если не избавились - то коммуницируют ли друг с другом демонические силы соседних брамфатур, а если коммуницируют, то в состоянии вражды они находятся или же в союзе. 

Лунная брамфатура является частью Шаданакара. Это своего рода "автономия" или "анклав", которую объемлют пяти- и шестимерные слои Шаданакара. 

И еще один вопрос относительно совместной брамфатурной принадлежности касается такого демонического мира, как Шог, материальность которого создана демонами макробрамфатур. Тот же вопрос можно задать относительно Дна Шаданакара. 

Сакуала "Волны Мировой Женственности" содержит слой Баюшми, который Андреев определял как слой пребывания на момент написания текста Великой Женственной Монады, Пришелицы из естественно-иерархически высших по отношению к Шаданакару миров. Эта сакуала, в свою очередь, объемлется "мирами общения иерархий Шаданакара с иерархиями макробрамфатуры и Вселенной". Таким образом, мы имеем второй, высший по отношению к первому, "пояс" межбрамфатурных контактов. 

Следует отдавать себе отчет о предельной условности всяческих разделений, когда речь идет о реальностях подобного рода. Оппозиция "внешнее/внутреннее" и прочие могут здесь оказаться практически неуместны. Мы можем по отношении к брамфатурам применить ту же логику, которую применяем к монадам. На высочайшем своем уровне брамфатура, вероятно, уже не имеет локализации, все брамфатуры взаимопроникающи, в их отношении тоже применим принцип "все во всем". И чем менее развит слой, тем ограниченнее становится коммуникация. Впрочем, может быть следует говорить и о некоем дискретном моменте, о зонах контактов, одной - для "средних миров", другой - для "высших". 

Упомяну и еще об одном вопросе - опосредованно касающемся темы, так как речь пойдет о слоях, а не о брамфатурах. Андреев говорит, что Мировая Сальватэрра пронизывает (хотя и в различной степени) весь Шаданакар (кроме нескольких демонических миров). Слово "пронизывает" свидетельствует о взаимопроницаемости слоев, границы между которыми являются условными. То есть - Мировая Сальватэрра присутствует и в Энрофе. В перспективе же Мировая Сальватэрра "обнимет" все миры Шаданакара в их полноте. И опять мы сталкиваемся с принципом "все во всем". 

Мировая Сальватэрра - это третий, высший уровень межбрамфатурной коммуникации. "Здесь сосредоточивается низлияние высших космических Сущностей, выражающих себя как в становлении звёздных миров, так и в нашем становлении. ...Сквозь неё и только сквозь неё раскрываются выси, шири и глуби Духовной Вселенной, объемлющей и звёздные архипелаги, и океаны метагалактики, кажущиеся нам столь пустынными". 

Еще одна цитата из "РМ", имеющая отношение к теме: "Тогда начнётся раскрывание Мировой Сальватэрры, как цветка, в готовый принять её простор Духовной Вселенной. Солнце Мира будет сиять над этим цветком, принимая в свои небеса его благоухающее излучение. Но последняя цель будет и тогда ещё безмерно далека; ныне же она лежит за пределами какого бы то ни было самого ослепительного предчувствия". 

Отмечу, что мировая Сальватэрра раскрывается именно в Духовную Вселенную, а не в макробрамфатуру, пусть даже и Вселенной. Что примечательно - цель и тут оказывается безмерно далекой. Впрочем вопрос о цели Пути у Андреева - вопрос отдельный и интересный сам по себе. 

Отметим и вот какую антиномию. В последней цитате Андреев пишет о Духовной Вселенной - ее простор готов принять цветок Мировой Сальватэрры. В предыдущей же - что Духовная Вселенная актуально, а не потенциально объемлет "звездные архипелаги и океаны метагалактики". 

Эта оппозиция актуальности и потенциальности, вероятно, тоже плохо применима к описываемой реальности. Возможно, более корректно говорить так: и актуалистское, и потенциалистское утверждение верны одновременно - и обнимает (в вечном настоящем?), и обнимет (относительно нашего ограниченного, "спящего"восприятия). 

Но это же решение тогда может быть справедливо и для описания отношений Сальватэрры и остальных слоев Шаданакара. Что значит "пронизывает в различной степени"? Нельзя ли сказать, что "из себя", актуально, мировая Сальватэрра обнимает Шаданакар без всяких промежуточных степеней, а степени эти имеют отношение к потенциалистскому аспекту проблемы, аспекту "от нас"? 

Здесь, правда, остается вопрос о мирах "демонической Основы". Можно по аналогии предположить, что, по принципу подобия макро- и микрокосма, эти миры аналогичны по своему положению эйцехоре в человеке и иных существах. Что эти миры - средоточие планетарного эйцехоре, а потому не преображаются, а распадаются, а их обратившиеся к Свету обитатели покинут эти миры, которых в определенном онтологическом смысле "нет". 

Так что сложившееся у многих мнение о "дискретном" уклоне Андреева можно основательно поколебать, сопоставив разные куски андреевского нарратива. Во всяком случае, опять мы сталкиваемся с не-бинарной, антиномической логикой этого нарратива.

Ты пишешь: "Бунт и падение Люцифера происходили в «превышающих все категории нашего разума масштабах той макробрамфатуры, которая объемлет Вселенную» (РМ, 91)". "Андреев пишет, что «чисто духовные излучения… исходят из наивысших транскосмических сфер, которые можно было бы назвать эмпиреем, если под этим странным словом понимать не фантастический “мир неподвижных звезд”, но объемлющую космос обитель чистого Духа, то есть Пресвятой Троицы» (РМ, 72/152)".

Но нельзя обойти вниманием и факт, что в отношении макробрамфатуры Вселенной и "эмпирея" Андреев употребляет один и тот же предикат - они "объемлют Вселенную". Хотя я и склоняюсь, как и ты, к мнению, что "Духовная Вселенная" у Андреева не тождественна "макробрамфатуре Вселенной" - но эта общность предикатов может служить серьезным аргументом в пользу противоположной точки зрения, и не может быть нами игнорирована. Возможно, слово "объемлет" употребляется в этих двух случаях в различных метафизических значениях.


Федор Синельников:

"Здесь сосредоточивается низлияние высших космических Сущностей, выражающих себя как в становлении звёздных миров, так и в нашем становлении" (РМ, 233). "Сквозь неё и только сквозь неё раскрываются выси, шири и глуби Духовной Вселенной, объемлющей и звёздные архипелаги, и океаны метагалактики, кажущиеся нам столь пустынными" (РМ, 233-234). Мировая Сальватэрра, этот планетарный рай (РМ, 234) пронизывает и объемлет весь Шаданакар (кроме ряда демонических миров) (РМ, 233). По аналогии мы можем заключить, что Духовная Вселенная как рай вселенский пронизывает и объемлет макробрамфатуру Вселенной, которая в свою очередь объемлет все существующие брамфатуры (в том числе микро- и макробрамфатуры). При этом в Духовной Вселенной - в отличие от каких-либо вершин макробрамфатур (таких как Мировая Сальватерра или еще более грандиозных) - отсутствуют слои. 

Ты пишешь: "Нельзя ли сказать, что "из себя", актуально, мировая Сальватэрра обнимает Шаданакар без всяких промежуточных степеней, а степени эти имеют отношение к потенциалистскому аспекту проблемы, аспекту "от нас"?

Но ведь и можно сказать, что способность Мировой Сальватерры "обнимать" тот или иной слой Шаданакара зависит от ответной способности. Именно коммуникативность, эти коррелирующиеся волевые интенции Мирвой Сальватерры и слоев, входящих в Шаданакар, определяют указанную степень. 

Ты пишешь: "Таким образом, и "рядоположные", не находящиеся в естественно-иерархическом положении друг относительно друга брамфатуры могут быть названы взаимопроникающими, не имеющими отчетливых границ".

Я предложил бы все же различать два момента. Условность границ между слоями, монадами, брамфатурами, Духовной Вселенной и брамфатурами и предельные идеи всех этих состояний. Т.о. можно достичь гармонического сочетания дискретности и континуальности при раскрытии смыслов андреевского нарратива. 

Ты пишешь: "Но нельзя обойти вниманием и факт, что в отношении макробрамфатуры Вселенной и "эмпирея" Андреев употребляет один и тот же предикат - они "объемлют Вселенную". "Хотя я и склоняюсь, как и ты, к мнению, что "Духовная Вселенная" у Андреева не тождественна "макробрамфатуре Вселенной" - но эта общность предикатов может служить серьезным аргументом в пользу противоположной точки зрения, и не может быть нами игнорирована".

Мне представляется, что использование этого глагола при описании взаимодействия Духовной Вселенной с Вселенной (звучит несколько тяжеловесно, но что поделать...) и макробрафатуры Вселенной со Вселенной не может служить достаточным основанием для отождествления ДВ и МВ. "Объемлет" - это такой же полисемантичный глагол, как "существует" или "присутствует". Поэтому более естественным будет именно такое твое предположение: "Слово "объемлет" употребляется в этих двух случаях в различных метафизических значениях".

Я бы хотел вернуться к этому своему вопросу:

"Как в метафизике Андреева соотносятся, например, Логос макробрамфатуры Вселенной и Логос Пресвятой Троицы?"

Если через высшие миры макробрамфатуры Вселенной (как, например, через Мировую Сальватерру Шаданакара) открывается Духовная Вселенная, то как эти высшие слои вселенской макробрамфатуры (в частности - ее Логос или ее Вечно-Женственная монада) соотносятся с Духовной Вселенной (в частности, с Логосом Святой Троицы - ведь именно этот концепт Андреев связывает с ДВ).

Если следовать логике андреевского текста, Логос макробрамфатуры Вселенной - это монада. Логос Троицы, т.е. Духовной Вселенной - не монада. Логос Троицы не может быть тождественен Логосам какой-либо брамфатуры, даже вселенской. Эти логосы только выражают Логос Троицы. 

Логос Троицы не может быть становящейся монадой, потому что Троица у Андреева - это Бог, а в "РМ" есть констатация относительной оппозиции Бога и любых монад (хотя, нужно попутно заметить, и преодолеваемой в динамике их становления - поэтому эта оппозиция не может быть названа онтологической).

Friday, May 21, 2010

Манифест к открытию форума Swentari

Концепция форума достаточно легко может быть понята интуитивно – но значительно сложнее обрисовать ее с помощью понятийного инструментария, выработанного европейским научным сообществом. Сообществом, полагающим свои основания в эпохе «классической» Эллады, но, однако, сформировавшегося в результате радикальной трансформации 16-18 веков (одним из аспектов этой трансформации можно считать т.н. «научную революцию»).

Сообщество познающих, мягко говоря, значительно шире того сообщества, которое в современном мире принято называть «научным» или «академическим».

В XX в. «философы науки» (Кун, Фейерабенд) – с одной стороны, и «постмодернисты» - с другой подвергли явление, которое принято называть «наукой», жесткому анализу. Были рассмотрены такие важнейшие узлы, как, например, соотношение «власти» и «знания».

В человеческой культуре идет серьезнейшая борьба между разными типами познания. Пилатовский вопрос «что есть истина» порождает ряд различных ответов той или иной степени сознательности. Этот вопрос предшествует вопросу о том, как именно ее следует познавать. И мы сталкиваемся с новым поворотом европейской традиции – поворотом «онтологическим», в известной степени (м.б., вполне радикальной) пересматривающим и трансформирующим реальность, возникшую в результате наметившегося в XVII в. «гносеологического поворота».

Но вопрос о примате гносеологии или онтологии есть вопрос о курице и яйце. Весы этой бинарной оппозиции колеблются, маятник качается – а уместнее всего вспомнить «вращение» первобинарной диады «инь-ян». Возврат в точку «гносеологического нуля» оказался невозможен – изгнать идолов не удалось, так как Бэкон не увидел (или намеренно не обратил внимания на него) некоего основного идола своей «системы» - идола «объективистской манипуляции», «эксплуатации реальности».

Выбор есть у того, кто знает, куда идет. И тут следует вспомнить о третьей философской компоненте – об этике, балансирующей онтологию и гносеологию. Т.о., можно было бы говорить об «этическом повороте», призванном вернуть познающему целостность, единство онтологии, гносеологии и этики. «Единое», «Истина» и «Благо».

С этической точки зрения мы можем говорить о двух типах науки – «науке освобождающей» и «науке манипулятивной». В философии же можно выделить две соответствующих линии – собственно «философию» и «софистику».

Если говорить о культурных формах – то борьба идет между европейским (претендующим на глобальный универсальный статус) мейнстримом и «традиционными» способами познания, принятыми в различных культурах, включая их синкретические варианты. В западном сообществе по-прежнему идет борьба между «религиозными институтами» и «научным сообществом». Существует множество маргинальных групп и субкультур, не находящихся в том или ином мейнстриме. Наконец, существуют группы, полагающие, что в мире борьбы за возврат к тому или иному прошлому, в мире квазимодернистского прагматизма нужен прорыв за пределы существующих легитимных познавательных проектов.

Немецкие романтики и русские религиозные философы назвали один из таких проектов «цельным знанием», хотя и снабжали проект консервативными или прогрессистскими «дивайсами» (хотя оппозиция консерватизм-прогрессизм стоит примерно столько же, сколько и остальные бинарные пары).

Эпоху постмодерна часто называют эпохой распада целостностей, «мозаичной эпохой», «культурой каталога». Многие ужасаются эффектам произведенной «деконструкции», которая представляется просто деструкцией. Ужасающиеся созерцают дымящуюся плоскость, оставленную прокатившимся по всем «цветуще-сложным» неровностям культуры асфальтовым катком постмодерна. Они склонны видеть в первую очередь дым пожарищ – и вместо здравого размышления от них можно услышать проклятья в адрес разрушителей - промчавшихся и откочевавших в свою виртуальность «новых номадов».

Если же взглянуть на происходящее под другим углом – мы увидим все тот же Гераклитов огонь, расплавляющий окаменевшие формы и готовящий новый синтез. «Языки умолкнут – любовь никогда не перестает».

В центре интересов организаторов форума – идеи целостного культурного синтеза, возникавшие в XX в. и возникающие ныне, в современной мировой глобализирующейся культуре, культуре «Новой Александрии». Идеи прорыва человека, культуры, человечества в некое новое, качественно новое, интегральное состояние. Эпоха «пост..» в данном ракурсе будет рассматриваться как эпоха «прото…», как прелюдия к новой небывалой эпохе, основные черты которой только просматриваются, просвечивают – без всякой однозначности. Как эпоха не деконструкции, но творчества, самоопределения, свободы. И степени этой свободы высоки как никогда. Такого простора ранее перед человечеством не открывалось. Наступающая реальность может оказаться любой. Люди, осознающие «пороговость» настоящего момента, пытающиеся интегрировать прошлое и всматриваться в будущее – библиотекари в каталоге новоалександрийского Книгохранилища и экспериментаторы в новоалександрийском Музее. Как и неоплатоники Александрии, мы находимся между двумя полюсами – Абсолютным единством, истинностью и благом Источника – и мировоззренческим, методическим и моральным плюрализмом. И эта бинарная оппозиция не может быть преодолена ни тоталитарным выбором устойчивой статичной доктрины, ни деструктивным выбором релятивистского распада. Выходом может быть только интеграция, только синтез и прорыв.

Кризис современности – это кризис сингулярной человеческой экзистенции. Это кризис человеческой культуры, стоящей на пороге либо распада, деградации и начала нового витка на базе одного из обломков – либо объединения, унификационного или синтетически-интеграционного. Это кризис биосферы. Это кризис Геи, планеты как целостности.

Одна из основных проблем, стоящих перед теми, кто выбрал синтетически-интегральный путь – проблема «универсальной культуры» и «мультикультурности», проблема «наведения мостов», проблема перевода с «языка» одной культуры (субкультуры) на «язык» другой. Эти мосты – не только пространственные, но и временнЫе. Основной временнОй мост – мост между культурами прошлого и культурой будущего. Наведение этого моста представляется абсолютно необходимым – так как мы имеем распад культуры по этой линии; с одной стороны – «архивисты», теряющиеся в пространствах современной культуры, пугающей их чуть ли не новым варварством, с другой – сбрасывающие с корабля современности культуру прошлого новые молодые экспериментаторы, которые вряд ли смогут не попасться в исторические ловушки, хорошо известные «архивистам». Угрозы налицо – соблазн «стереть» минувшую историю и соблазн в минувшей истории замкнуться. Угроза «лжесинтеза» - порождения новой квазисинтетической модели, подразумевающей стирание из сознания форм, обеспечивших «квазисинтез» - и, тем самым, блокировки возможности альтернативного, подлинного синтеза.

Вспомним древний слоган – «единство в многообразии и многообразие в единстве». На языке прежних проектов прорыва это интерсубъективное единство именовалось словами «Экклесиа», «Сангха», «Богочеловечество». Русский поэт-духовидец Даниил Андреев предлагает еще одно имя – «Роза Мира».

С этой точки зрения, задача форума – всматривание в лакуну между конкретными типами существующих социумов и мистической Церковью как идеальным ориентиром, взгляд на человечество и его культуры как на становящееся сообщество, цель которого – Церковь, Сангха, Богочеловечество.

Задача – оценки существовавших и существующих «проектов прорыва» и «поисковая» интеллектуальная медитация на проектах, еще недопроявившихся сегодня. База для таких оценочных и поисковых медитаций – этическая: «философский эрос» Платона, стремление к Благу. Эта основа должна быть также в основе критики рассматриваемых проектов, их догматичности, ограниченности, однобокости. Рассмотрение этической системы ценностей, явно или скрыто поддерживающей тот или иной проект.

Мыслители-«постмодернисты» представили реальность как покрывало Майи – и это ставится им в вину. Конечно, такой взгляд непривычен для европейской культуры, но органичен для культуры индийской. Один индийский уличный образованный садху на вопрос о его предпочтениях в пространстве европейской мысли сказал: «Конечно, раньше у вас были Платон, Плотин – и мы их ценили. Но теперь у вас появился Фуко с компанией – наконец-то вы начали понимать, что такое Майя!» Но в мире майи, в мире иллюзии неизбежны поиски пути пробуждения, преодоления страданий, связанных с авидьей-невежеством. И с этой точки зрения – задача семинара может быть осмыслена как попытка размышления о предложенных, предлагаемых и могущих быть предложенными в будущем путях «избавления от страдания, иллюзии, неведения», о единстве и многообразии этих путей.

Каким образом «знание», методы познания и получившиеся концепты связаны с «властью» - французские постмодернисты во многом продемонстрировали. Конструктивная же задача, полив усеянного костями культурного поля («битва на Культур-кшетре») живой водой после необходимой процедуры полива водой мертвой – прояснение, каким образом знание связано с этикой, каким образом знание связано с любовью, которая есть Бог согласно новозаветному тексту и которая есть нередуцируемая основа всех и всяческих психических реальностей согласно исследованиям многих современных психологов-экспериментаторов. В «гимне любви» апостола Павла говорилось, что «знания упразднятся» - в ходе деструкций и деконструкций они в той или иной степени упразднились. Почему? Что связывало разрушающиеся проекты с Любовью? Что осталось от рассказывавшихся сказок? И какова будет новая сказка?

Новые сказки не могут не появиться, они уже возникли. Главный вопрос – вопрос выбора между готовыми быть рассказанными новыми сказками. Новая сказка может стать кошмаром, возвратом в некий бывший в прошлом «золотой век», консервацией одной из существующих культурных форм – наконец, той самой интеграцией в стремлении к свободе, любви и творчеству. Синтез неизбежен. Он спонтанно происходит (с самыми разными результатами) в каждом «новом александрийце», которым является любой человек в глобализирующемся мире. Распавшиеся элементы складываются в новый пазл в каждом индивидуальном сознании. И при таком взгляде задача семинара остается прежней – медитация на этической проблематике, в частности – на связи этики и метафизики. Следить, чтобы среди массива распадающихся и возникающих форм не затерялись те формы, которые обладают должной пластичностью, имеют потенцию восхождения к Источнику любви и блага, пропускают свет этого Источника. Не затерялись те познавательные и культурные проекты, которые ориентируются на принцип свободы, любви и творчества, проекты «освобождающие» (два из имен Источника как «точки Омега» индийской мысли – «Мукти», «индивидуальное освобождение» и «Мокша», «всеобщее освобождение»). И параллельная задача – критика проектов «манипуляционных», «обуславливающих» (с учетом, что в рамках одного проекта практически всегда проявляются обе тенденции).

Одно из ключевых слов, проясняющих задачи форума, можно найти в византийском богословии. Это слово – «теозис», «обожение». Теозис человека, культуры, биосферы, планеты, универсума.

Возможен «прорыв» в историческом времени или нет, или это утопическая идея, и мир неминуемо движется к концу истории – разницы в этическом порядке нет. С некоей предельной этической точки зрения, как мне кажется, попытки синтеза и интеграции, ориентированные на ценности свободы, любви и творчества, остаются ценными – и о подлинной их значимости мы, находясь в этом самом историческом времени, судить адекватно вряд ли способны.



Все что было сказано выше – было сказано об идеалах, высших ценностях и целях заявляемого проекта. Мы отдаем себе отчет, что наш проект имеет ограничения и что силы наши малы и скромны. Но малость сил – не повод для ограничения себя в постановке сверхзадач, которые стоят не перед организаторами форума, но перед человечеством в целом. Мы не одни на белом свете размышляем над этими проблемами. И поэтому одна из задач проекта – налаживание связей с иными проектами, созданными на основе той же интенции.

Прагматически, практические, текущие, актуальные темы форума, надеемся, будут вырисовываться по ходу его работы как результат совместного действия его участников, как равнодействующая их научных и культурных интересов, взаимодействия их собственных, индивидуальных «проектов».

Могу лишь сказать несколько слов о своем видении этих задач. Сказать не системно, но лишь набросать отдельные штрихи.

Общая прагматическая цель – создание еще одного «оазиса» в современном «научном сообществе», пытающегося осмыслить ситуацию кризиса философии и науки и найти из него выход – и налаживание связей с аналогичными «оазисами».

Текущие цели – их множество, и я упомяну только некоторые и, вполне вероятно, не самые значимые.

Тема «мифологического сознания» и «нового мифотворчества».

Исследования бессознательного в современной психологии – которые привели многих психологов к внимательному изучению мистических традиций, возникших в различных культурах и к контактам с носителями этих традиций как с коллегами, а не подопытными.

Заполнение «лакун» в истории культуры и философии, оставленных без внимания или исследованных предвзято в рамках господствовавших и господствующих познавательных моделей. Такими лакунами могут оказаться отдельные персоналии, субкультуры и культурные феномены, некоторые из которых никогда не были рассматриваемы в рамках научного сообщества с самых общих философских позиций. Образование пространства коммуникации с этими феноменами на основах тех идеалов и целей, о которых говорилось выше – и готовность к взаимной трансформации. Одна из серьезнейших проблем этого порядка, к примеру – интеграция европейского и индийского познавательных путей. Если речь идет о проблемах исследования сознания – синтетической культуре не обойтись без индийских несколькотысячелетних наработок, моделей, практик, терминологии.

Феномены современной культуры, так или иначе связанные с так называемой «молодежной» (а точнее – «психоделической») революцией, начавшейся в 50-60-е годы, и которую некоторые культурологи считают одним из серьезнейших и масштабнейших проявлений ни более, ни менее, как «нового осевого времени». Эти феномены остаются практически вне поля зрения существующих познавательных традиций (или оцениваются крайне поверхностно) – а носители этой новой культуры часто не имеют желания налаживать контакт с носителями «ветхих» традиций.

Наконец, знаковой в русской культуре XX века для организаторов семинара является фигура визионера, поэта, философа Даниила Андреева, предложившего яркую модель планетарного синтеза. Этой фигуре будет уделено организаторами форума особое внимание.

И, как говорят буддисты –

ДА ПОСЛУЖИТ СОЗДАВАЕМЫЙ ПРОЕКТ БЛАГУ И ПРОСВЕТЛЕНИЮ ВСЕХ ЖИВЫХ СУЩЕСТВ.